В семь утра мы, умытые и наскоро перекусившие, нахохлившиеся и суровые сидели в нашем «Опеле». Владельцу притона гостиницы СМСку я отправил еще в 3:30 ночи, а мои спутники полагались на меня и не спорили, заново упаковывая с таким трудом разложенные вещи. Вика поддержала мою идею еще во время ночной переписки, а так как дома остался прологиненный с моими данным АйПэд, она еще и просмотрела по моей просьбе несколько вариантов – ведь после того, как мы покинули дом, мы остались вообще без Интернета...
Единственный момент был непонятен – домик мной был полностью оплачен. Но я прекрасно понимал, что никто из ребят даже брови не поднимет, если каждому из нас придется расстаться с сотней евро.
Я не пишу пока ничего про рыбалку, так как мне было откровенно не до нее – но погода была волшебной – ясное, без облачка, небо, такое, о котором писал Поэт: «Где воздух синь, как узелок с бельём у выписавшегося из больницы»... Нам бы ловить... То есть спутникам бы моим ловить, а мне решать возникшую проблему. И это с полным пакетом скоропортящихся продуктов в машине, когда днём за окном +26...
Лёня удивляется: «А откуда ты знал, где продают лицензии?» Точка забита заранее, конечно, не стоит тратить время на поиски – это время рыбалки. В общем ажиотаже, который объяснить-то можно только тем, что, начав сутки назад в половине второго с прогулки с Ларсом, и проехав 450 километров, поспал часа два за ночь и снова за руль, покупаю лицензию вместе со всеми. Хотя есть два домика, которые хочу, наученный горьким опытом, сначала посмотреть. Зачем полез в воду?... Но спускаемся, оставив вещи в машине, к реку. Лёша с Лёней выдвигаются к мосту, где скоро знакомятся с инспектором Данилой, а мы с Юрой располагаемся ниже, у впадения неширокой речки. Инспектор объясняет, что наша лицензия не дает права ловить выше впадения реки, и мы все оказываемся примерно на одной и той же точке.
Я ловлю на сухую мушку, поэтому мне нужен «riser» - рыба, которая визуально кормится, поднимается к поверхности – но я не вижу активности. Высоко над водой летают темно-бордовые крупные бабочки, но воды почти не касаются, да иногда над рекой парят гигантские веснянки. Они парят в воздухе, и я чувствую, какой ажиотаж могут они вызвать во время массового вылета.
Но поклевок нет. Юра скрывается ниже по течению, Лёша уходит за ним. Рации работают исправно – Лёша сообщает о первой пойманной рыбе – ручьевая форель, за килограмм.
Выхожу к машине – проверить, как там продукты. Время к одиннадцати. В машине становится жарковато. Возвращаюсь к Лёне: «Поеду посмотрю домик». Но убедить моего напарника продолжить ловить не получается – он едет со мной.
«Сначала посмотрим тот, откуда мне не ответили.» Сверяюсь по СМС с Викой – нет, не ответили. Навигатор в этих долинах условно полезен – крутит, кружит он нас по горным серпантинам, потом выводит на грунтовку. Доезжаем до места, где молча сидим с минуту, а потом Лёня говорит: «Наверное «Опель» этот ручей не форсирует...» Развернуться негде, скользим метров триста по краю обрыва назад, туда, где место кажется чуть шире, чтобы развернуться и вернуться на трассу.
Часа полтора кружим по горам, вроде выезжаем уже – а проезд через Спойну Идрю перекрыт – и снова вальс по горам, глаза на навигатор, потом на дорогу, потом снова вниз... Сказывается то, что я серьезно вымотан – толком не спал, не ел. Проезжаем то место, где вроде бы первый домик – но не находим его. Едем ко второму – и мне по-честному становится плохо. Лёня реанимирует меня прогулкой по свежему альпийскому лугу, и садится за руль. Я шучу: «Только надеюсь, что Юра с Лёшей проводят время лучше, чем мы...»
Но вот наконец и Чрный Врх. Наш домик. Лёня: «Я же тебе говорит – домик отрыв башки!» Я еле живой, перевожу дух, объясняюсь с молодым парнем, владельцем, Лукой. «Все, берем, я сейчас оплачу». Я даже не помню точно – но похоже мы все эти пируэты в забродниках проделывали...
Домик на оставшиеся шесть ночей стоит практически столько же. Вика борется за возврат наших денег, но администрация сайта, через который он был заказан, настаивает на том, чтобы я позвонил в головной офис (США). Звоню. 17 минут разговора стоят примерно столько же, сколько две ночи на нос... Сначала мне предлагают вернуться, и... сфотографировать все дефекты. Я вежливо но настойчиво отклоняю это предложение, объясняю – дефекты я перечислил, если вам хочется эстетически ужаснуться, попросите владельца все подробно сфотографировать – вряд ли он за полдня передвинул комнату из туалета и значительно расширил прихожую-спальню... Ну что сказать – американцы. 12 минут. Вроде деньги за остаток ночей вернут. Но не за первую. Отдали 100 евро за недельный завтрак. И не вернут 50 долларов комиссии. 14 минут. Вернут и за первую ночь, но не за комиссию. 16-я минута. Вернут за комиссию. Я же через них сейчас уже заказал этот очаровательный домик. 17 минута – прощаемся. Вешаю трубку, выпиваю стакан воды из-под крана, еще раз осматриваю домик – исключительно чистый, новый, с одной, но просторной комнатой на четверых – как раз то, что нужно. Кровати стоят по углам, расстояние между ними не менее двух метров, рядом с каждой кроватью тумбочка, по ступеньками вниз – отлично оборудованная кухня, душевая и даже стиральная и посудомоечные машины. Отдохнув от силы четверть часа, выезжаем обратно.
На реку попадаем только к пяти вечера. Сейчас самое красивое освещение в этих долинах.
У Юры с Лёшей не густо. Собираем их, делимся новостями. Увожу группу через впадающую в Идрю речушку, над стоящими под перекатом форелями.
К вечеру на реке что-то происхожит – оживляется рыба, становится больше бабочек в воздухе – Yellow Sally (или маленькая оливковая веснянка), ее старшие сестры-веснянки, поденки, Blue Winged Olive, ручейники – весь цвет насекомого мира. Юра остается над перекатом, а мы втроем идем тропой все дальше – благо темнеет в районе десяти, времени много.
Змей сейчас в Словении много - но большинство не
Поклевки есть, но я не могу остановить стремительную рыбу – она борется до конца. «Свечка», другая, еще, уход вниз по течению, разворачиваю рыбу, подвожу уже к подхватке – и все начинается снова. Рыба забирает себе несколько метров шнура, разгибает крючок и уходит.
Чем темнее становится, тем активнее рыба. Нас догоняет Юра. У него две – небольшая ручьевая и красавец-«радужка».
Уже совсем в темноту Лёня цепляет хорошую «радужку» - мы мушку уже не видели, а она – разглядела в темной воде ее силуэт. Лёня борется с упористой рыбой несколько минут, но поводок не выдерживает. Но становится уже по-честному темно.
Пора идти – тропинку едва видно.
Заплутав и выйдя через чужой двор (ведь живет же кто-то тут), мы выбираемся к машине. Домой. Завтра попробуем вернуться на старые места, в Слап об Идрице. А пока нас ждет чистая постель и появляется на столе традиционный пирог от супруги Юры, Лили.
